Железногорск
  • Железногорск застрял в 21 веке. А мы уже достигли ХIV

  • Действующая модель СССР
  • Главная » Общество
  • 11 января 2022 г. 22:25
  • Короткая ссылка: 2VQGb

Если не обращать внимание на некоторые несообразности, все это может показаться таким глобальным спектаклем с сотней тысяч действующих лиц. Да, декорации иногда небрежно выполнены, реплики персонажей из общей стилистики выбиваются. Но в целом – впечатляет. Действующая модель Советского Союза. Масштаб – 1 к 25.000 человек. Полное название – Железногорск.

Что не как у людей? Да то, что с самого начала по-другому. Приезжаешь ты в любой город, там какая-нибудь страшненькая скульптура впечатляющего масштаба и непременная надпись – “Добро пожаловать”. В Железногорске эту надпись заменяет менее гостеприимная – “Предъяви пропуск”. И это не шутка. Еще и машину твою проверят, на предмет незаконного ввоза чего-то или кого-то. А вот что касается выезда – в любое удобное время. Для полноты картины не хватает только хорошей попутной надписи, типа “Мы всегда рады не видеть вас”.

Вообще, это довольно странно, если разобраться. Потому что город Железногорск пуще всего славен производителями оружейного плутония. И вроде бы надо следить, чтобы этот самый плутоний не вывозили. Впрочем, кому он сейчас нужен? На пункт приема цветного лома не сдашь, и в хозяйстве не сгодится.

Да, конечно, есть еще один памятник социализму – научно-производственное объединение прикладной механики имени Решетнева. То самое, которое производит большинство спутников. Но про него как-то не принято было много говорить. Вероятно потому, что сложно придумать основания для его уничтожения. Вот горно-химический комбинат – другое дело. Экологии угроза, безопасности угроза и еще делу мира подножка. Вот, почти все эти угрозы и ликвидировали. А НПО ПМ как-то выкрутилось, да еще потом выяснилось, что подобного класса спутники больше никто делать так и не умеет. Оставили на десерт.

“Колючка” – это формальный, внешний забор. Никого бы она не спасла и не задержала. Хорошо, что у нас бывают выборы и плодятся политики. Без преувеличения можно сказать, что пара экологически озабоченных политиков стоят сотни бультерьеров. В смысле эффективной охраны. Город чувствовала себя вполне комфортно как раз в те времена, когда остальной край бился в приступах радиофобии. Сила слова. Люди-то мы все грамотные, насчет периодов полураспада осведомлены, и насчет лучевой болезни и прочих напастей. Так это и хорошо. Прием старый, со средневековья пошел. Надо тебе, чтобы имение не разграбили, или дом, так можешь охрану нанять. Но дешевле – сообщить грамотному населению, что привидения завелись. Фокус какой-нибудь покажи. Все, как рукой снимет. Вот и Красноярск-26 ту же технологию использовал. Вполне возможно, что главными спонсорами всех этих акций протеста против ввоза ОЯТ и прочих был горно-химический комбинат и вообще город. Оно же как получается? Всяких нехороших прохожих отваживает, а с другой стороны – пусть все

Город построили рекордными темпами в той, старой стране. Если объективно – ничего подобного, хотя бы отдаленно, ни по масштабам, ни по темпам никто создать не может. Даже сейчас, а может быть – тем более сейчас. По прошествии десятка лет с начала реформ практически ничего не изменилось. Точнее сказать, удалось вернуть прежний облик. Был такой период, когда и краска на домах облупилась, и улицы грязноватыми стали. Однако несколько сравнительно благополучных лет, когда про Железногорск все забыли, все эти недостатки ликвидировали. Сейчас он точно такой же, как был в восьмидесятые годы. И даже непременные рекламные щиты и всевозможные магазины как-то вписались в старый город.

При всей изолированности от внешнего мира, телевизор же ты не заткнешь. Тем более в “девятке” каналов в три раза больше, чем в Красноярске. Там вообще какая-то экзотика попадается, ближе к ночи. Оттого люди меняются, новым веяниям становятся подверженными. Хотя медленнее, чем за пределами колючей проволоки, но постоянно. Отставание по темпам деградации в сравнении с основной частью России – лет семь-восемь.

Всего несколько лет назад там стали всерьез говорить, и, что хуже всего, делать то, что происходило в России в начале девяностых. Говорить слова “конверсия”, “инвестиции”, “инновации”, и попытки приспособить технологии 21 века к требованиям века 14, то есть продвинуть торговлю и производство натурального продукта. По какой-то причине, попытки эти успехом не увенчались. Ни водка, ни конфеты, ни прочие высокотехнологичные продукты не смогли конкурировать на внешнем рынке. А вот традиционный промысел – выпуск спутников, стал приносить доходы. Вот и вернулись к исконному ремеслу. Сейчас, правда, снова заговорили о том, чтобы как у людей все было. Вот, например, близкое по профилю красноярское предприятие завод телевизоров смогло же успешно вписаться в рыночные отношения? Это точно. По любым прикидкам, на площадях НПО ПМ можно разместить шикарный торговый комплекс, и еще несколько увеселительных заведений.

Главная тема всех политических компаний – Сосновоборская ТЭЦ. Один из самых длинных и непонятных проектов в истории края. Все началось с того, что мы сделали несколько десятков шагов навстречу США. То есть в одностороннем порядке прекратили производство оружейного плутония. Загасили ядерные реакторы в Красноярске-26. Но полностью ликвидировать отрасль не удалось, потому что город мог погибнуть. Реактор – это та же котельная. На этом основании удалось подбить американцев на выделение некоторого количества денег. Чтобы построить другую котельную, и погасить последний реактор. Согласование, проектирование и прочие важные мероприятия заняли лет семь. За это время было освоено средств примерно столько же, сколько нужно для строительства ТЭЦ. Десятки депутатов всех уровней на этой теме выиграли выборы. И вроде бы все подошло к логическому завершению, в смысле, согласовали – где будет построена ТЭЦ. Но тут американцы выяснили, что реактор будет погашен все равно, он ресурс выработал. А раз так – причем здесь разоружение, это теперь внутренне дело России и края. Зачем соучаствовать в разрушении того, что и так будет закрыто?

Правда, специалисты утверждают, что советские объекты, тем более такие важные, строились с семикратным запасом мощности. Так что срок службы – понятие очень относительное.

Самое интересное во всем этом – практически все жители Железногорска прекрасно понимают, что это глупость. И даже приезжие могут это оценить. По крайней мере, когда трогаешь батареи отопления в любом доме, они ощутимо горячие. А вот по какой причине они горячие, и в чем разница между углем и ураном вое в этом, прикладном смысле – не понятно. В принципе, экологи говорят правильные вещи. Только они не вполне последовательны. Уран на самом деле топливо не идеальное, опасности всякие существуют. Теоретически. Хорошо, возвращаемся на сто лет назад, топим углем. Но тогда надо и с остальными разбираться. Гужевой транспорт тоже ведь несравнимо экологичнее автомобильного. Парусники, опять же, бывают. Велосипед и пешая ходьба.

Зашли в маленькую такую столовую. Закусочная. Может быть, оттого все, что когда хочешь найти признаки советского, так их непременно и находишь. Но там уж слишком как-то очевидно. По левую руку – вымпел “Победитель соцсоревнования”. По правую – лозунг “Советскому человеку – высокую культуру обслуживания”. И главное, слова такие забытые “Вас много, я одна. Дома нужно обедать”. При том – еда вкусная, и цены очень умеренные. Как-то даже и слова не воспринимаются как обидные. Может быть, они специально их учат, чтобы из стиля не выбиваться?

Да много там всяких штук причудливых. То есть, которые раньше были повсеместно, а теперь вот в специально охраняемых местах сохранились. Лучше их на самом деле никому не показывать, держать за колючей проволокой. Как-то не по себе становится – посмотришь, как оно было, вернешься в нормальную жизнь – прогресс-то вроде на лицо. Только какой-то он не в ту сторону.

Юрий ЧИГИШЕВ