Женщина с ребенком
  • Темные пятна родительской биографии

  • Распахивать ли взрослый “шкаф со скелетами” перед детьми?
  • Главная » Семья
  • 8 июня 2020 г. 0:27

Распахивать ли взрослый “шкаф со скелетами” перед детьми?

Вечер. Диван-телевизор и чай в компании дочери-восьмиклассницы (умницы, красавицы, будущей хозяйки). Телевизор нервно вещает об ужасах безумного мира: наркотики, насилие, ранние беременности, но, слава Богу, вас это не касается. Вы намотались по морозу, тряслись в тесных маршрутках через пробки и заслужили-таки отдых. И теперь мирно вкушаете ужин, приготовленный чудо-ребенком, невзирая на то, что макароны слегка пригорели. И вдруг дщерь неожиданно спрашивает: “Мам, а ты когда-нибудь пробовала курить анашу?”. Кусок застревает в горле, и вечер резко перестает быть томным.

После десяти минут осторожных выяснений оказывается, что дитя просто любопытствует — “так, с девчонками болтали”. Вы мысленно утираете пот со лба и… либо начинаете откровенно лгать, чтобы не чернить светлый материнский образ, либо режете правду-матку “по-взрослому”.

— И та и другая стратегия изначально ущербны, — замечает психолог Эльвира Резаева. — Многие родители делают в подобной ситуации именно такие ошибки. Но действуя подобным образом, вы рискуете в течение нескольких секунд разрушить уважение и доверие к себе, а на восстановление репутации потребуется гораздо больше времени.

По мнению специалиста, принципом “Платон мне друг, но истина дороже” при ответе на щекотливые вопросы руководствоваться не стоит. Делая чистосердечное признание, родитель подсознательно движим вовсе не интересами ребенка, а лишь желанием облегчить совесть. То есть почувствовать себя лучше за счет личности несформировавшейся и неспособной адекватно воспринять всю информацию.

— Подростки идеализируют родителей, хотя их дела и слова часто говорят нам об обратном, — поясняет Резаева. — И далеко не все дети готовы услышать и “переварить” факты небезупречного прошлого взрослых.

Откровенность может только подлить масла в огонь, усугубив и без того неровные и сложные отношения между вами, а может быть истолкована как поощрение подобного поведения.

— Это совсем не означает, что ребенку нужно беззастенчиво врать, — поясняет Резаева, — это другая крайность. Во-первых, дети всех возрастов очень тонко чувствуют фальшь. Во-вторых, ложь способна подорвать те хрупкие доверительные отношения, которые у вас были — иначе ребенок вряд ли обратился бы к вам с подобным вопросом. Искажая истину, в будущем вы получите похожий неискренний ответ, спросив дитя о чем-то сокровенном.

Что же делать? Как рассказывать биографию, чтобы и авторитет не подорвать, и душой не кривить?

— Нужен баланс, — говорит Эльвира Резаева, — честность между вами должна присутствовать, но говоря о темных пятнах личной истории, важно учесть психологическую готовность сына или дочери к откровенным разговорам.

Конечно, самое лучшее — подготовится заранее. Надо понимать: если вы выстраиваете близкие, открытые отношения, рано или поздно вам придется отвечать на трудные вопросы.

Психолог предлагает несколько вариантов поведения при внезапном “допросе”.

— Не будите лиха, пока оно тихо, — рекомендует специалист. — Другими словами, никогда не поднимайте неоднозначных тем сами. Не тревожьте подростка откровениями о бурной молодости, если он вас не спрашивает.

Вариант “лучше меньше, да лучше”. Если ребенок еще не готов услышать всю правду в силу возраста (информация для тринадцати- и семнадцатилетнего подростка отличается) или эмоционального состояния — дайте минимум фактов, не углубляясь в описания, скажите, что многое стерлось с памяти.

Лучше поздно, чем никогда. Если вы пока не готовы говорить о неприятном — отложите разговорю. Проявив инициативу, начните беседу через время, все взвесив и отмерив. Только не обманите ожиданий, иначе в следующий раз ребенок не спросит вас ни о чем.

Самый лучший подход, по мнению Резаевой, все же попробовать понять, почему вдруг ребенок начал расспросы. Возможно, что-то услышал от “доброжелателей” о вашем прошлом, но скорее всего столкнулся с проблемой он сам или кто-то из его друзей. В этом случае тинейджер просто хочет найти выход и ищет вашего руководства и понимания.

— Это отличный момент для того, чтобы подобрать ключ к сердцу дочери или сына, поговорить с ним на темы, которые его действительно волнуют, — утверждает Резаева. — Очень легко упустить этот удачный миг, превратив его в занудное морализаторство или пытку с пристрастием. Потому следует говорить так, чтобы ребенок не чувствовал давления, контроля или обвинения. Спросите подростка прямо, что именно происходит в его жизни, ненавязчиво подскажите ему правильный алгоритм разрешения ситуации.

— Важно рассказать о том, какой жизненный урок вы извлекли из негативного поступка, — замечает специалист. — Говоря об опыте, воздержитесь от циничных комментариев типа “все мужики сволочи, никому нельзя доверять”. Но в вашей истории не должно также звучать нездорового позитива типа “не смотря на то, что со мной случилось, посмотри, как славно все закончилось”. Таким отношением вы дадите подростку зеленый свет, позволяя творить что угодно и не думая о последствиях. Без нравоучений, четко и спокойно дайте понять, какие результаты будут у его проступка и что его ждет при том или ином раскладе.