В честь кого названа улица Спандаряна в Красноярске

Есть в Красноярске улица Спандаряна. Почти у всех она ассоциируется со множеством каких-то баз, складов, но вот имя какого конкретного человека она носит, известно далеко не всем. Для красноярцев это скорее фигура речи: “Где брал? — На Спандаряна”; “Где затариваться на праздник будешь? — На Спандаряна…”. Один шутник в автобусе, идущем в Слободу Весны, как-то, правда, соригинальничал, ответив, что, мол, “на армянской”… Так кем же он был, Сурен Спандарович Спандарян?

Однажды в Красноярск приехал мой знакомый армянин и как-то очень обрадовался, обнаружив на карте города эту самую улицу. Я, конечно, знала, что Спандарян — профессиональный революционер, вел большую агитационную работу на Кавказе и в Москве. Однако этим мои познания исчерпывались. Знакомый же, уроженец Еревана, прочел целую лекцию о том, что Сурен Спандарян — один из основоположников армянской критической литературы.

Каким же образом имя закавказского литератора и журналиста оказалось увековеченным в сибирском городе?

Сурен Спандарович Спандарян родился в 1882 году в Тифлисе в семье юриста. Судя по всему, семейство было вполне благонадежным, стремилось дать сыну приличное образование. Однако уже в 1902 году, учась в Московском университете, юноша вел партийно-организационную работу среди московских рабочих. С 1905 года Спандарян — член Кавказского союзного комитета РСДРП, во время Декабрьского вооруженного восстания московского пролетариата он с оружием в руках сражался на баррикадах Красной Пресни. После поражения революции 1905 года был исключен из университета, вернулся в Закавказье, где продолжал заниматься активной подпольной работой.

Вместе с тем Спандарян являлся автором литературно-критических статей и работ по эстетике о творчестве М. Горького, А. Акопяна и других писателей. Отстаивал ленинский принцип партийности и народности литературы, критиковал теорию “искусства для искусства”, выступал против упадочной реакционной литературы. Спандарян высоко оценивал наследство Белинского, Герцена, Чернышевского, Толстого (ст. “Чествование или реклама”, 1911), Чехова, Шевченко. Считается, что деятельность Спандаряна сыграла большую роль в развитии армянской марксистской эстетической мысли. В 1906—1912 годах он сотрудничал с газетами “Кайц” (“Искра”), “Нор Хоск” (“Новое слово”), “Гудок”, “Бакинский пролетарий”, “Бакинский рабочий”, “Звезда”, “Социал-демократ”. Словом, журналист-революционер, который на протяжении всей своей недолгой жизни (всего-то 34 года) Спандарян неоднократно подвергался арестам и тюремному заключению.

На Всероссийской (Пражской) конференции РСДРП в 1912 году Спандарян был избран членом центрального Комитета большевистской партии и членом Русского бюро ЦК. А уже через год, в 1913-м, Тифлисская судебная палата осудила его и приговорила к вечному поселению в Сибирь. Спандаряна сослали в Енисейскую губернию, сначала — в село Иннокентьевское Канского уезда, а затем — гораздо севернее, в Туруханский край, в село Монастырское.

В ссылке он, что называется, не успокоился — установил связь с Лениным, с большевистскими организациями России и Закавказья, работал среди политических ссыльных и местного населения.

В одно время с ним в Туруханском крае (правда, за много километров от Монастырского, в Курейке) отбывал наказание Иосиф Джугашвили. Они оказались самыми близкими друзьями в сибирской ссылке. И, как утверждается, Спандарян никогда не жаловался на тяжелый характер Кобы.

Супруга первого Вера Швейцер в своей книге воспоминаний позже напишет, как они с мужем ездили в гости к Сталину по замерзшему Енисею — двести верст здесь не расстояние.

“Это были дни, слитые с ночами в одну бесконечную полярную ночь, пронизанную жестокими морозами. Мы мчались на собаках по Енисею без остановки. Мчались под нескончаемый вой волков. Вот и Курейка… У нас с Иосифом была радостная, теплая встреча. Нашему неожиданному приезду Иосиф был необычайно рад… Принес на плечах огромного осетра. Сурен поспешил ему навстречу, и они внесли в дом трехпудовую живую рыбу…Сурен и я держали его, а Иосиф ловко потрошил…”

Время от времени и сам Сталин приезжал в Монастырское, в гости или за почтой, и всегда навещал друзей.

К тому времени Спандарян был уже серьезно болен туберкулезом — организм, и без того надломленный тюрьмами, не выдерживал тяжелых условий ссылки. Болезнь прогрессировала. В марте 1916 года Спандарян попросил о переводе в другое место, лучшее по климату. В мае состоялось медицинское обследование, врачи нашли у Спандаряна запущенную форму чахотки. В августе он был освобожден от вечного поселения с разрешением проживать везде, кроме столиц и крупных городов. Тяжело больным его привезли в Енисейск, затем в Красноярск, однако, как оказалось, слишком поздно. Именно в нашем городе 11 (24) сентября 1916 года Сурен Спандарян умер в больнице Общества врачей (здание сохранилось на улице Маркса, 45). Теперь на нем установлена мемориальная доска. Похоронен Спандарян на Красноярском городском кладбище.

…Говорят, Иосиф Джугашвили ничего не знал о судьбе друга. Летом 1916 года он не появлялся в Монастырском. А когда приехал, Сурена там уже не было. Сталин якобы писал кому только мог, разыскивая друзей. Письмо с извещением о смерти Спандаряна пришло в Монастырское, когда будущий отец народов уже уехал из Туруханского края. А мы никогда уже не узнаем, как сложилась бы судьба тбилисского революционера, переживи он северную ссылку. Вполне возможно, что его постигла бы та же участь, что и многих других соратников Сталина.